«Раскопки. Археология и опыт. После спонтанной покупки билета в Багдад 38-летняя Агата Кристи отправилась на экскурсию по археологическим раскопкам в Уре, Ирак. Здесь она встретила своего второго мужа, археолога Макса Маллоуэна. В течение следующих нескольких десятилетий она и Макс жили и работали среди древних памятников Месопотамии (ныне Ирак и Сирия). Интерес к археологическим раскопкам на Ближнем Востоке в этот период значительно вырос. Иностранные институты сотрудничали с местными властями, чтобы сделать возможными раскопки в этих регионах. В то время как часть находок оставалась в принимающей стране, другие передавались в зарубежные музеи. Опыт Кристи в регионе, который она любила, вдохновил ее на создание некоторых из самых известных произведений, включая «Убийство в Месопотамии» (1936), где вымышленное место раскопок становится местом действия для скандала, предательства и убийства.»
«Новая глава. В 1928 году, после бурных нескольких лет, отмеченных разводом, утратой и болезнью, Агата Кристи отправилась на поиски нового начала. Посетив археологические раскопки на Ближнем Востоке, она познакомилась с археологами Леонардом и Кэтрин Вулли, которые представили её молодому человеку по имени Макс Маллоуэн. Шесть месяцев спустя они поженились. То, что начиналось как побег от реальности, превратилось в партнерство на всю жизнь: Кристи и Маллоуэн провели следующие несколько десятилетий, живя и работая вместе на раскопках.»
«Древняя скульптура, современные медиа. Обнаруженная во время раскопок под руководством Макса Маллоуэна, эта скульптура является одним из самых ранних известных портретных изваяний, датируемых более чем 5000 лет назад. Кристи была официальным фотографом на раскопках. Ее снимки головы были опубликованы в этой статье 1939 года в журнале Illustrated London News, посвященной важности находки. Статья об обнаружении головы из Телль-Брака, London News, 20 мая 1939 г. Голова из Телль-Брака, 3300–3000 гг. до н.э., обнаружена во время раскопок под руководством Макса Маллоуэна в 1939 г.
Предоставлено Британским музеем, 126460.»
«Кристи — фотограф. Кристи использовала эту камеру в своей роли официального фотографа на археологических раскопках. Эта модель была выпущена фотокомпанией Leica в 1933 году и в то время являлась ультрасовременной.
На раскопках в Нимруде, Ирак, в экспедиционном доме было всего четыре комнаты, одну из которых Кристи превратила в небольшую фотолабораторию. Условия для проявления фотографий были далеки от идеальных, так как вода часто бывала песчаной или перегретой солнцем.
Камера Leica модели DRP III Агаты Кристи, около 1933 г. Во временном пользовании от Джона Маллоуэна.
Агата Кристи фотографирует ассирийскую фигурку из слоновой кости в Нимруде в Ираке. Getty Images.
Другой взгляд. Всегда творческая, Кристи порой привносила художественный взгляд в фотографирование раскопок. Она экспериментировала с резкими тенями и необычными ракурсами, видя повседневные предметы по-разному — это был типичный подход Кристи. Этот модернистский стиль не соответствовал научным требованиям археологии. Во время курса фотографии в Школе искусств Рейманна в Лондоне Кристи попросила преподавателя дать ей дополнительные уроки по правильному выбору ракурса.
Натюрмортная фотография шпагата и игрушечного самолета, сделанная Агатой Кристи, 1937 г.
Семейное дело
Будучи подростком, дочь Кристи Розалинда присоединилась к своей матери и отчиму на раскопках и помогала восстанавливать разбитую керамику в Телль-Браке.
На этом снимке запечатлен плюшевый мишка Розалинды из её детства на фоне большого горшка. Фотография, сделанная Кристи, контрастирует грандиозное археологическое окружение с интимным и домашним бытом, показывая, насколько жизнь семьи была неотделима от мест, где они жили и работали.
Фотография игрушечного мишки рядом с большим горшком, сделанная Агатой Кристи, 1930-е гг. Британский музей.»
«Жизнь на раскопках. Хотя многие представляют себе Агату Кристи уединившейся в тихой английской деревеньке, на протяжении десятилетий большая часть ее времени проходила на археологических раскопках в Ираке и Сирии. Она и ее муж Макс возвращались в Англию всего на несколько месяцев в году. Несмотря на то, что она по-прежнему посвящала часть дня писательству, Кристи также запечатлевала жизнь на раскопках с помощью фотографий, фильмов и своих мемуаров. Будучи всегда проницательным наблюдателем, она фиксировала то, что находила интересным, позволяя нам увидеть мир ее глазами. Склеивание гончарных изделий Большинство людей знают этот рисунок Агаты по ее мемуарам «Расскажи, как ты живешь». Здесь она изображает себя за столом во дворе дома экспедиции, кропотливо очищающей и склеивающей куски глиняной посуды. Это подробное и искусное исследование раскрывает еще одну грань ее интересов. Ее растущее мастерство в археологии подчеркивается профессиональным подходом к каталогизации и реконструкции находок.»
«Творческий подход к археологии.
Креативность Кристи распространялась и на раскопки. Она использовала свой крем для лица и тонкие вязальные спицы, чтобы очищать небольшие изделия из слоновой кости, подобные этим из Нимруда, Ирак. Она спасала хрупкую слоновую кость, найденную в колодце, от сухого пустынного воздуха, накрывая ее влажными полотенцами. Как и в ее книгах, здесь мы видим, как Кристи с воображением и изобретательностью находит новое применение повседневным предметам.
На плакетках из слоновой кости изображены сфинкс и мужская фигура, IX–VII вв. до н.э. Обнаружены в Нимруде во время раскопок под руководством Макса Маллоуэна в период с 1949 по 1952 год. Во временном пользовании от Британского музея, 131916 и 132683.
«На мой крем для лица возник такой спрос, что для моего бедного старого лица ничего не осталось!» Агата Кристи об использовании своего крема для лица для очистки древних изделий из слоновой кости — «Расскажи, как ты живешь».
Расчетная книжка для Телль-Брака
В этой расчетной книжке перечислены полные имена людей, которые работали на археологических раскопках в Телль-Браке вместе с Максом Маллоуэном и Агатой Кристи. Она делает видимыми имена и личности сотен местных жителей, чей труд помог открыть эти важные памятники, но часто отсутствовал в археологических отчетах. Их работа на этих и других раскопках часто оставалась непризнанной. Юсуф Хассан, внесенный сюда в список, также фигурирует в мемуарах Кристи «Расскажи, как ты живешь».»
«Искренняя Кристи Этот альбом представляет собой визуальную хронику жизни на раскопках в Чайгар-Базаре. Снимки семейных пикников, собак и ремонта водяного колеса соседствуют с фотографиями Агаты, присевшей на складной стул и тихо наблюдающей за происходящим. Хотя Архив Британского музея хранит эти фотографии ради их археологической ценности, живые и непосредственные снимки Кристи раскрывают домашнюю, повседневную сторону жизни на раскопках, придавая коллекции неожиданную теплоту семейного фотоальбома. Фотоальбом Макса Маллоуэна, том 1, 1930-е гг. Во временном пользовании от Британского музея, MeAr. 196.7.»
«Снято Агатой Кристи. Ciné-Kodak была первой кинокамерой для домашнего использования, и Кристи всегда быстро осваивала новые технологии. Она использовала эту модель камеры, чтобы запечатлеть свою повседневную жизнь на раскопках, включая одни из самых ранних цветных пленок, снятых в этом регионе. Находясь всегда за камерой, Кристи появляется в кадрах лишь однажды, предусмотрительно надев ярко-красное пальто.
Кинокамера Kodak Ciné, около 1930-х гг.
Макс и Агата В аудиозаписи, сопровождающей эти кадры, Макс Маллоуэн рассказывает о том, как он впервые встретил Агату Кристи. К тому моменту она уже была известной писательницей. Когда она посетила раскопки в Уре, опытные Вулли поручили Максу провести для нее экскурсию по окрестностям. Он вспоминает ее талант к археологии и то, как он сразу понял, что она станет идеальным спутником жизни.»
«Раскопки Новая глава В 1928 году, после бурных нескольких лет, отмеченных разводом, утратой и болезнью, Агата Кристи отправилась на поиски нового начала. Посетив археологические раскопки на Ближнем Востоке, она познакомилась с археологами Леонардом и Кэтрин Вулли, которые представили ее молодому человеку по имени Макс Маллоуэн. Шесть месяцев спустя они поженились. То, что начиналось как побег от реальности, превратилось в партнерство на всю жизнь: Кристи и Маллоуэн провели следующие несколько десятилетий, живя и работая вместе на раскопках.»
«Отъезд в Ирак. Кристи и Маллоуэн, запечатленные здесь в момент отъезда в Ирак в 1933 году, ежегодно проводили по несколько месяцев на Ближнем Востоке, живя в специально построенных экспедиционных домах, которые Агата с теплотой описывает в своих мемуарах. На протяжении десятилетий они делили свое время между Ближним Востоком и Англией, снимая различные лондонские квартиры — включая квартиру на севере Лондона, где Кристи жила одна во время Блица. В 1938 году они купили Гринуэй в Девоне в качестве дома для отдыха.
Фотография Агаты Кристи и ее мужа Макса Маллоуэна, покидающих свой дом в Лондоне и отправляющихся в Северный Ирак, 16 января 1933 г.
От Макса, всегда «Моя дорогая Агата… Когда я с тобой, жизнь кажется такой новой и свежей…» Макс Маллоуэн написал эти слова своей жене через шесть лет после свадьбы. Этот второй союз оказался долгим и счастливым партнерством. Кристи дорожила этим письмом и всегда держала его при себе. После ее смерти это 40-летнее письмо от Макса было найдено сложенным в ее сумочке вместе с фотографией ее внука Мэтью. Письмо Макса к Агате, 9 сентября 1936 г., и сумочка Агаты Кристи. Christie Archive Trust.»
«Тоска по Ближнему Востоку. Оставшись одна в Лондоне во время Второй мировой войны и скучая по жизни на Ближнем Востоке, Кристи написала эти мемуары из чувства ностальгии. Название навеяно произведением Льюиса Кэрролла «Алиса в Зазеркалье» (1871), в котором любознательная Алиса живет между двумя мирами. Необычно то, что Кристи опубликовала эту книгу под своей фамилией по мужу — Агата Кристи Маллоуэн. Она читается как рассказ жены британского археолога, которая находила удовольствие в фиксации бытовых подробностей жизни на раскопках и чувства приключения, которое она испытывала от пребывания там. Агата Кристи, первое издание книги «Расскажи, как ты живешь», 1946 г.
Мемуары Маллоуэна Будучи известным археологом, Маллоуэн возглавлял множество экспедиций, спонсируемых Британским музеем и Британской археологической школой в Ираке, которой он руководил с 1947 по 1961 год. Мемуары представляют собой хронику британской археологии в этом регионе, которая прошла путь от охоты за сокровищами в имперскую эпоху до более совместного и научного подхода в XX веке. Хотя книга сосредоточена на его профессиональной жизни, он с теплотой описывает свою жену, включая некоторые юмористические замечания и наблюдения Кристи. Макс Маллоуэн, первое издание мемуаров Маллоуэна, 1977 г.
«Стоит археологам начать копать, как они принимаются неистово копать дальше и не останавливаются… Прямо как терьеры» Диалог между Викторией Джонс и Эдвардом Горингом — «В Багдадские встречи».»
«Сильные личности. Сэр Леонард Вулли был выдающимся британским археологом и другом Макса Маллоуэна. Кристи познакомилась с Леонардом и его женой Кэтрин на раскопках в древнем городе Ур на территории современного Ирака. Кристи списала двух персонажей романа «Убийство в Месопотамии» с четы Вулли. Леонард стал Эриком Лайднером, главным археологом, а Кэтрин — категоричной Луизой Лайднер. Судя по всему, ей нравилась известность от того, что она была так очевидно выведена в качестве персонажа в романе Кристи. Дом при раскопках в Уре с Леонардом и Кэтрин Вулли в центре, а также молодым Максом Маллоуэном слева, около 1929 г.
Планирование убийства Эта записная книжка показывает работу Кристи над сюжетом романа «Убийство в Месопотамии». Она включает в себя эскиз экспедиционного дома (похожего на те, что она знала по Чайгар-Базару и Телль-Браку) и заметку для себя с вопросом: «Можем ли мы обыграть идею с окном?». Как и в своих планах загородных домов или деревень, она тщательно отмечает расположение комнат, чтобы сделать преступление правдоподобным. Агата Кристи, заметки к «Убийству в Месопотамии», включая план экспедиционного дома,
Записная книжка 20.
Настоящие раскопки Роман Кристи «Убийство в Месопотамии» точно передает атмосферу археологических раскопок в 1930-х годах. Персонажи ее романа отражают международное археологическое сообщество, которое она там встретила, включавшее немцев, шведов и американцев. Местные рабочие, однако, чаще появляются в ее произведениях в качестве фоновых персонажей. Друг Кристи Робин Макартни — архитектор на раскопках в Чайгар-Базаре — разработал этот дизайн обложки. Он запечатлел реальные раскопки и местный пейзаж, включая реку Евфрат. Агата Кристи, первое издание «Убийства в Месопотамии», 1936 г. Британский музей.»
«Настоящие раскопки. Роман Кристи «Убийство в Месопотамии» точно передает атмосферу археологических раскопок в 1930-х годах. Персонажи ее романа отражают международное археологическое сообщество, которое она там встретила, включавшее немцев, шведов и американцев. Местные рабочие, однако, чаще появляются в ее произведениях в качестве фоновых персонажей.
Друг Кристи Робин Макартни — архитектор на раскопках в Чайгар-Базаре — разработал этот дизайн обложки. Он запечатлел реальные раскопки и местный пейзаж, включая реку Евфрат. Агата Кристи, первое издание «Убийства в Месопотамии», 1936 г.
Тайна мертвой принцессы
Поразительные археологические объекты приносили с собой свои тайны. Этот головной убор был найден на Царском кладбище в Уре, где тела 68 женщин и 6 мужчин лежали рядами, богато украшенные драгоценностями. Рядом с ними находились погребальные чаши, в которых, вероятно, содержались наркотические вещества.
Кристи впервые встретила своего мужа Макса на раскопках в Уре и позже включила описания изысканных украшений, запечатанных в гробницах, в роман «Смерть приходит в конце».
Головной убор с Царского кладбища в Уре, Ирак, 2600–2300 гг. до н.э. Обнаружен во время раскопок под руководством Леонарда Вулли (с участием Макса Маллоуэна) в 1929 г. Во временном пользовании от Британского музея, 122336.
Кинжалы-дубликаты
Эта копия кинжала была заказана Британским музеем, в то время как оригинал отправился в Иракский музей в Багдаде. Кристи описывает почти идентичный кинжал в романе «Убийство в Месопотамии», а сама история искусно обыгрывает идеи предметов-дубликатов.
На раскопках в Уре находки делились между принимающей страной и иностранными археологическими группами. Дебаты по поводу изъятия находок из местных сообществ продолжаются и сегодня.
Гальванопластическая копия золотого кинжала и ножен, обнаруженных во время раскопок под руководством Леонарда Вулли с участием Макса Маллоуэна на Царском кладбище в Уре, Ирак, 1926–1929 гг. Во временном пользовании от Британского музея, 119296.»
«Она сняла с полки коробку и показала мне красивый золотой кинжал с темно-синими камнями на рукоятке» Эми Лезерен — «Убийство в Месопотамии»»
«Хорошее место для укрытия. Кристи, по всей видимости, приобрела этот сундук во время своих путешествий по Ближнему Востоку и хранила его в своем доме для отдыха Гринуэй. Он послужил источником вдохновения для ее короткого рассказа «Тайна багдадского сундука» (1932), позже переработанного в «Тайна испанского сундука» (1960), в котором спрятанное тело обнаруживают после вечеринки. Подобные сундуки изначально использовались на Ближнем Востоке в качестве приданого, а позже стали популярны среди европейских путешественников.
Сундук из твердых пород дерева, начало ХХ в. Во временном пользовании от Национального фонда, NT 114673.
«Это был огромный предмет мебели из очень темного полированного дерева, утыканный латунью, с большим латунным замком и старинным видом»
Агата Кристи — «Тайна испанского сундука»»
«Раскопки. Описывая Месопотамию. Годы, проведенные Кристи в путешествиях и работе на Ближнем Востоке вместе с мужем Максом, были необычайно продуктивными. В период с 1930 по середину 1950-х годов она опубликовала более 60 произведений, выпуская в среднем почти по две книги в год. Она продолжала писать даже в ненадлежащих условиях, нуждаясь лишь в своей пишущей машинке. Кристи была не только легко адаптируемой и быстро работающей, но и черпала особое вдохновение в этом окружении. От сказок на ночь до ее первого полуавтобиографического персонажа — творчество Агаты Кристи, несомненно, расцвело в пустыне.»
«В разлуке весной. Это была книга, которую Кристи «всегда хотела написать». Поскольку это был не детективный роман, он был опубликован под ее псевдонимом Мэри Вестмакотт. Этот психологический роман опирался непосредственно на ее собственную жизнь. Главная героиня оказывается отрезанной от мира в пустынном гостевом доме в Ираке после того, как сильный дождь повредил железнодорожные пути — ситуация, с которой Кристи однажды столкнулась во время путешествия на встречу со своим мужем Максом. Примечательно, что она написала эту книгу всего за три дня, а затем спала 24 часа.
Мэри Вестмакотт (Агата Кристи), издание книги «В разлуке весной» 2017 года.
Псевдоним Агаты
Мэри Вестмакотт был псевдонимом Кристи, позволявшим ей исследовать жанры за пределами детективной прозы. Ей удавалось скрывать свою личность на протяжении почти 15 лет, публикуя свои недетективные романы и исследуя человеческую психологию.
В феврале 1949 года ее личность была раскрыта газетой Sunday Times. Ее дочь Розалинда с разочарованием написала агенту Кристи Эдмунду Корку о том, как сильно ее мать наслаждалась писательской свободой под псевдонимом. Несмотря на разоблачение, Кристи опубликовала еще две книги под именем Вестмакотт в 1952 и 1956 годах.
Письмо Розалинды Причард Эдмунду Корку, 23 февраля 1949 г.
Во временном пользовании от Эксетерского университета, EUL MS 99/1/1/349.
Письмо из отеля «Зия»
Кристи написала этот роман во время пребывания в отеле «Зия» в Багдаде, о чем она позже сообщила Эдмунду Корку. Она описывает текущие события, включая демонстрации студентов и подписание нового договора, англо-иракскую коалицию, а также несчастный случай, когда один мужчина перевернулся на лодке возле ее отеля.
Вымышленный отель «Тигр» в романе «В Багдадские встречи» основан на ее впечатлениях от отеля «Зия». В романе необычно фигурирует отель, который принимает путешественников, направляющихся на восток.»
«Шпионская история. Мировые сверхдержавы планируют конференцию в Багдаде. Таинственная группа замышляет саботировать саммит… Тем временем молодая искательница приключений Виктория Джонс сталкивается с умирающим британским агентом и решает провести расследование. Роман «В Багдадские встречи» — это шпионский триллер, вдохновленный временем, проведенным Кристи в Ираке, и ее осведомленностью о современной политике. В нем рассказывается о женщине, работающей на археологических раскопках, что перекликается с элементами ее собственной жизни. Агата Кристи, издание книги «В Багдадские встречи» 1965 года. »
«Они приехали в Багдад (1951)
Наброски Кристи в записной книжке (показанные здесь) стали источником вдохновения для обложки ее романа «В Багдадские встречи» 1965 года, разработанной Томом Адамсом. Наброски изображают верблюда, самолет, лодку и поезд, сходящиеся к Багдаду. Добавленная паутина намекает на политические интриги и маневры западных и восточных сверхдержав на Ближнем Востоке, отражая реальное участие Великобритании в регионе, сформированном такими фигурами, как Гертруда Белл и Лоуренс Аравийский.
Агата Кристи, заметки к «В Багдадские встречи», Записная книжка 56.
За Каирской пожарной каланчой
Хотя записей о первом переводе произведений Кристи на арабский язык не сохранилось, ее романы завоевали популярность на Ближнем Востоке и в Северной Африке с середины XX века, а Каир стал центром арабского книгоиздания. Омар Абдул Азиз Амин, новаторский египетский переводчик и издатель, открыл ее тайны арабским читателям через свою серию «Ривайат аль-Джайб» (Карманные романы). Эти издания 1970-х годов продавались в книжном магазине Рагаба «за каирской пожарной каланчой».
Арабские издания рассказов Агаты Кристи, включая «Свидетель обвинения», в переводе Омара Абдул Азиза Амина. Карманные романы, Каир.»
«Пишущая машинка Кристи.
Кристи использовала эту пишущую машинку для написания некоторых из своих самых известных романов, включая «Пять поросят» (1942) и «Движущийся палец» (1942). Она была заядлой поклонницей технологий, включая печатные машинки, и заимствовала машинку своей дочери Розалинды для своих ранних романов.
Эта портативная модель Remington 1937 года выпуска не имела каретки и предназначалась для портативности. Она путешествовала с ней на Ближний Восток, а также куда бы она ни отправлялась во время войны.
Пишущая машинка Remington № 5 Агаты Кристи, около 1937 г.
«Все, что мне было нужно, это устойчивый стол и пишущая машинка»
Агата Кристи — «Автобиография»
Сказки на ночь из Багдада
Кристи часто опиралась на свое непосредственное окружение для создания коротких забавных историй, продолжая семейную традицию. Одна история, навеянная реальной встречей во время автомобильной поездки с Максом, была изложена в письме к ее внуку Мэтью, родившемуся в 1943 году, вместе с коротким рассказом, который она написала для него. Он начинается так: «Жили-были три маленьких мальчика, которых звали Йимкин, Момкин и Марку. Они жили в Ираке…»
Письмо Агаты Кристи к ее внуку Мэтью, начало 1950-х гг.»
«Раскопки. Описывая Древний Египет. Египтомания находилась на своем пике в Британии 1920-х годов после открытия гробницы Тутанхамона. Маллоуэн и Кристи даже встретились со знаменитым египтологом Говардом Картером во время визита в Луксор в 1931 году. Первый визит Кристи в подростковом возрасте зажег глубокую, пожизненную связь с Египтом, которая укрепилась благодаря ее отношениям с Максом. Ее привязанность очевидна по предметам, которыми она себя окружала, и по ее произведениям, включая роман «Смерть на Ниле», пьесу «Эхнатон» (1937) и исторически точный роман «Смерть приходит в конце» (1944).»
«Ранняя египтомания. Очарование Запада Древним Египтом началось рано. Этот набросок взят из коллекции Роберта Хэя, который возглавлял несколько экспедиций в начале XIX века. Его зарисовка Абу-Симбела вдохновила на создание обложки первого издания романа «Смерть на Ниле».
Египтомания снова вспыхнула в 1920-х годах в связи со знаменитым египтологом Говардом Картером и «проклятием» гробницы Тутанхамона. Кристи опиралась на этот миф в 1923 году в своем рассказе «Тайна египетской гробницы», создавая его для аудитории, увлеченной Египтом. Зарисовка храма в Абу-Симбеле в Египте, 1824–1834 гг.
Подушки хаямия Агата Кристи, вероятно, приобрела эти сувениры во время своего сезона дебютанток в Каире. На этой фотографии 1923 года запечатлены Агата и ее дочь Розалинда дома в окружении этих тканей, которые были нашиты на наволочки для подушек. Это примеры хаямии — египетского ремесла, похожего на аппликацию. Эта традиция восходит еще к Древнему Египту, примеры чего были найдены в гробнице Тутанхамона, и до сих пор практикуется в Египте сегодня. Аппликации хаямия со сценами из Древнего Египта, около 1910 г.
Агата Кристи и ее дочь Розалинда отдыхают среди диванных подушек, 1923 г. »
«Серийный убийца в Древнем Египте.
Письма тысячелетней давности послужили вдохновением для романа Кристи «Смерть приходит в конце» — ее единственного романа, действие которого происходит не в XX веке. По предложению египтолога Стивена Глэнвилла она объединила археологические исследования и собственные знания, чтобы создать исторический детектив о серийном убийце, действие которого происходит в Древнем Египте в 2000 году до нашей эры. Сюжет основан на реальных письмах Хеканахта, мужчины, жаловавшегося на то, как его семья обращается с его наложницей.
Агата Кристи, первое издание книги «Смерть приходит в конце», 1944 г.
Настольные игры
Эта месопотамская «Царская игра Ура», считающаяся старейшей настольной игрой в мире, датируется примерно 2600–2400 гг. до н.э. Археологическое сокровище было обнаружено примерно в то же время, когда Агата встретила Макса в Уре. Кристи, которая любила головоломки и игры, описывает похожую, искусно сделанную настольную игру в своем единственном историческом романе «Смерть приходит в конце».
Оригинальные фишки и копия доски для игры Ура. На основе находок из Британского музея, 1928,1009.378.а и 1928,1009.378.b.»
«Партнеры по преступлению. Авторы детективов Ближнего Востока и Северной Африки В течение XX века арабские переводы романов Агаты Кристи были широко доступны, что помогло детективной литературе завоевать популярность среди арабских читателей. В то время как многие структурные приемы Кристи — такие как закрученные сюжеты-головоломки и замкнутый круг подозреваемых — были переняты детективной прозой региона, определенные культурные элементы, особенно троп о детективе-любителе, перехитрившем полицию, развивались по-другому в рамках арабских литературных традиций и были адаптированы к местным контекстам.»
Продолжение в следующем зале