В Испании и Португалии туалетную бумагу делают из эвкалипта. Волокна этого дерева короткие, тонкие и округлые — при прессовании формируется нежное, шелковистое полотно, которое не нужно заливать химикатами для мягкости.
В Великобритании эвкалипт не растёт, бумагу делают из сосны и ели. Волокна хвойных деревьев длинные и жесткие. Из такой древесины выходит отличный прочный картон, а туалетная бумага всегда получается грубой.
Второе важное различие — способ сушки. В Испании мокрую бумажную массу сушат струями горячего воздуха до того, как спрессовать. Волокна остаются пушистыми, а внутри бумаги сохраняются микроскопические воздушные карманы, рулон пружинит в руках. В Великобритании заводы экономят место и деньги, поэтому пускают бумагу под раскаленные валики. Они буквально сплющивают ее, как утюг — накрахмаленную простыню, рулон получается плотным и плоским.
Третья причина жесткости британской бумаги — разруха. Половина Лондона живет в старых домах, где до сих пор узкие чугунные трубы девятнадцатого века. Испанская эвкалиптовая бумага от воды превращается в кашицу. Если смыть много мягкой бумаги, труба забьется. По стандарту британская бумага не растворяется сразу, а держит форму в воде, пока плывет по трубам.
К этому добавляются совершенно разные гигиенические привычки. В Европе в устанавливают биде. В Великобритании биде исторически не прижились из-за старых строительных норм. Местные жители за много поколений привыкли считать жесткость бумаги признаком надежности. С их точки зрения европейская бумага — глупая и непрактичная роскошь.
Лишь в 2010 году был прекращен выпуск чудовищной британской туалетной бумаги Izal. Считалось, что она лечебная. Izal была жесткой, глянцевой, не впитывала влагу и имела резкий запах дезинфицирующего средства. На протяжении большей части XX века она была неотъемлемой частью быта в британских школах, больницах, армии и государственных учреждениях.
До середины XX века туалеты находились на улице или в неотапливаемых пристройках. Из-за постоянной сырости обычная мягкая бумага размокала. Вощеная бумага Izal была устойчива к влаге и могла храниться в сыром туалете месяцами. Бумага Izal была воплощением британского упрямства, привычки терпеть неудобства («Keep Calm and Carry On») и бюрократии, которая десятилетиями продлевала контракты на закупку Izal просто по инерции.
Izal была тонкой, гладкой с одной стороны и невероятно жесткой. Британцы часто сравнивали ее с пергаментом для выпечки или калькой. Продукт создавался на основе побочных продуктов переработки каменного угля. Туда добавляли фирменное дезинфицирующее средство Izal, призванное защищать от инфекций. Из-за восковой структуры она не впитывала загрязнения, а размазывала их. Чтобы сделать бумагу хоть немного мягче, британцам приходилось сминать каждый листок перед использованием. На каждом листе красовалось напоминание: «А теперь вымойте руки». Мягкая бумага считалась рассадником бактерий..
Современные крупные бренды в Великобритании используют старое оборудование, работающее по технологии Light Dry Crepe. Она делает бумагу либо жесткой, либо рыхлой и пыльной. В США и Японии премиальную бумагу делают методом сквозной сушки воздухом Through-Air Dried. Бумага получается объемной, шелковистой, очень прочной и совершенно не сыпется. В Великобритании заводов с технологией TAD практически нет, так как модернизация стоит сотни миллионов фунтов.
А теперь немного Греты. В Европе и Британии производители помешаны на экологии. Они добавляют в бумагу много переработанной целлюлозы и коротких волокон. Из-за этого бумага теряет ту самую «шелковистость», которая бывает только у первичной длинноволокнистой целлюлозы (из нее делают бумагу, например, в Азии).
Из-за помешательства на псевдоэкологии торговые сети Британии активно продвигают жесткую бумагу из бамбука или вторсырья. Жители Лондона готовы покупать грубые серые рулоны ради ощущения, что они спасают планету. В Испании этот трюк не проходит, потому что европейский покупатель сначала оценивает тактильный комфорт и здоровье своей кожи, и если бумага царапается, он просто не станет ее брать ради абстрактных экологических лозунгов. В итоге британский рынок оказался забит суровым сосновым картоном, который идеально подходит для старой лондонской канализации, но совершенно непригоден для тех, кто привык к нормальному европейскому качеству туалетной бумаги.
Последним гвоздём в крышку британского туалета стал брекзит. Возить мягкую целлюлозу из Испании стало дорого, а делать качественную внутри страны — невыгодно. Чтобы не разориться, фабрики перешли на жесткую местную хвою. Слои сделали тонкими, листы сузили, а количество метров сократили, оставив ценник прежним. Вместо нормального импортного продукта на полках супермаркетов лежит жесткая, рыхлая и рвущаяся в руках бумага, которая заканчивается в три раза быстрее. Купить заграничную бумагу из-за того же брекзита тоже невозможно. Зная уровень туалетной культуры британцев, на местный рынок свозят неликвид. Зачем, если люди не желают качества и под словами «премиум» и «элит» добровольно покупают то, от чего брезгливо откажется испанец, не говоря уже о японце, французе или турке. Эмигранты возят бумагу в чемоданах, покупают в национальных местных магазинах или переплачивают за доставку.
Проблемы британских туалетов не исчерпываются бумагой и трубами. Есть ещё и жесткая и токсичная вода (зачем очищать воду, если британцы готовы терпеть что угодно?) — она препятствует любым попыткам сделать в стране современную туалетную сеть. Оборудование современных кабинок ломается от британской воды, а всё что остаётся — за неделю сокрушают местные вандалы, которые воспитывались не в японских условиях уважения к науке, гигиене, технике и прогрессу.
Инфраструктура водоснабжения и канализации — фундамент, который отделяет развитую цивилизацию от средневековья. Невозможно построить современную цифровую экономику, если базовые гигиенические потребности населения не закрыты на технологическом уровне. Страны, которые экономят на модернизации труб и очистных сооружений, на самом деле тратят гораздо больше денег, но впустую.
Британская экономика несет многомиллиардные убытки из-за критического износа и отсутствия модернизации. Изношенность водопроводных сетей приводит к ежедневной потере трех миллиардов литров очищенной питьевой воды, т.е. почти пятую часть от всего её объема, из-за чего операторы впустую тратят огромные деньги на фильтрацию, перекачку и закупку химикатов, закладывая эти убытки в постоянно растущие тарифы.
Станции очистки сточных вод из-за устаревшего оборудования и неспособности справляться с нагрузками во время затяжных дождей осуществляют регулярные аварийные сбросы нечистот в реки и моря, что влечет за собой колоссальные штрафы от государственного регулятора, включая рекордное взыскание в 122 миллиона фунтов с Thames Water, которая в итоге оказалась на грани банкротства с миллиардными долгами. Долги переложат на налогоплательщиков после национализации.
Хроническая нехватка мощностей очистных систем блокирует долгосрочный экономический рост и парализует рынок недвижимости, поскольку муниципальные власти вынуждены останавливать выдачу разрешений на строительство новых жилых кварталов и коммерческих объектов в десятках регионов страны, что только в одной Северной Ирландии грозит обернуться упущенной выгодой в 11 миллиардов фунтов к 2040 году.
Отсутствие стабильного водоснабжения и жесткие экологические ограничения из-за загрязнения рек разрушают национальную бумажную промышленность, вынуждая фабрики закрываться вместо модернизации. Страна теряет рабочие места, доходы от производства и тратит валюту на постоянный импорт готовой бумаги и картона.
В миллионах старых британских домов всё еще работают сифонные унитазы, которые расходуют до 9-12 л воды за смыв — вместо современных 3-4 л.
В результате попытки сэкономить на скрытых под землей трубах привели к ситуации, когда затраты на ликвидацию коммунальных аварий, очистку водоемов и компенсацию недополученного ВВП многократно превысили стоимость своевременного ремонта. Теперь нужно 100+ миллиардов фунтов для предотвращения полного инфраструктурного коллапса.